|

Татьяна Малинник: «Каждое утро сын просыпается и говорит, что ему надо тренироваться»

Левон никогда не был спортивным ребенком, даже походы на дальние расстояния давались ему с трудом. Трудно было поверить, что когда-то этот мальчик будет играть в хоккей под легендарным 17-м номером и признаваться лучшим игроком матча. Татьяна — мама Левона — рассказала о том, как ее сын оказался в адаптивном хоккее и почему решил остаться в сочинской команде по специальному хоккею «Energy».

Татьяна Малинник: «Каждое утро сын просыпается и говорит, что ему надо тренироваться»

В ДВА ГОДА РЕБЕНОК НЕ ГОВОРИЛ

Мы с мужем ждали мальчика на Новый год, а он родился 10 ноября — в День милиции. Так что получился подарок на мой профессиональный праздник. Я родом из Казахстана. В 2010 году переехала в Сочи, здесь и познакомилась с мужем, а спустя три года родился Лева.

Сын родился недоношенным, сразу встали на учет под наблюдение врачей.

Уже когда мы ехали из роддома, встал вопрос, как назвать сына. Муж у меня армянин, поэтому выбирали национальные имена. А я держу малыша на руках и говорю: «Мне конфеты «Левушка» нравятся». Вот и выбрали имя Левон — в переводе с армянского «царь зверей», но сами сына называем Левушкой.

Татьяна Малинник: «Каждое утро сын просыпается и говорит, что ему надо тренироваться»

Младенец у нас и день, и ночь не спал. Долго пыталась разобраться, в чем проблема: к педиатрам ходили, неврологам, вес наращивали. Сначала волновали именно проблемы физические: отстаём, головку не держим. Потом меня стало настораживать, что в 2 года ребёнок не говорит, а просто мычит.

Татьяна Малинник: «Каждое утро сын просыпается и говорит, что ему надо тренироваться»

Врачи, у которых мы наблюдались, говорили, что все в пределах нормы, вы же недоношенные, но я все-таки повела сына к специалисту делать речевую карту. И там сразу сказали, что мы отстаём в развитии, у нас задержка психо-речевого развития — необходимо срочно решать проблему. Потом по месяцу мы лежали в неврологическом стационаре: и уколы, и системы, и физиомассажы делали. К сожалению, этого оказалось недостаточно. Доктора делали все возможное, но в итоге признали, что время упущено. Когда Леве окончательно поставили диагноз, мне прямо сказали: «Либо выбирать карьеру и госслужбу, либо ребёнка». На семейном совете заявила, что это даже не обсуждается: я остаюсь с сыном. И написала заявление на увольнение. Все это время нам помогали специалисты адлерского реабилитационного центра, так как ребенку поставили инвалидность.

СЫН НИ РАЗУ НЕ КАТАЛСЯ НА КОНЬКАХ

Сейчас Лева учится в коррекционной школе и посещает центр дополнительного образования «Ориентир». Там ребята то поделки мастерят, то ещё что-либо делают на развитие моторики. Помимо этого 2 раза в год проходим курс реабилитации. С нами работают и логопеды, и психологи, и педагоги дополнительного образования, и инструкторы по лечебной физкультуре. В этом центре мы и узнали про адаптивный хоккей. После новогодних праздников проходили курс реабилитации и уже под конец встретили инструктора по ЛФК, а она спрашивает: «Почему Лева не ходит на хоккей? Сейчас открыли группу для детей с инвалидностью». Созвонилась с руководителем, Баталовым Андреем Викторовичем, и нам назначили время, когда можно прийти на тренировку.

Татьяна Малинник: «Каждое утро сын просыпается и говорит, что ему надо тренироваться»

До тех пор мы вообще ни разу на коньках не катались. Первый раз пытались проехаться с помощью мишки-стульчика. Сначала сын плакал: ему было больно, тяжело. Лева даже говорил, что больше не хочет ходить, но я показывала в качестве примера других деток — без ног, еще с какими-то проблемами, — но ходят и занимаются. Старалась как-то поддержать сына, сказать, что и у него получится.

Татьяна Малинник: «Каждое утро сын просыпается и говорит, что ему надо тренироваться»

Так, начали мы с вертикального хоккея, но вскоре пересели в сани. Координатор команды Андрей Викторович позвонил и сказал, что подал заявку на участие в фестивале адаптивного хоккея, а в команде следжей не хватает игроков. «Вы новички, давайте попробуем! Может быть, сыну понравится выступать в этом виде за коллектив, за команду целую!» Я переживала, сможет ли Лева. Он у нас не приседал, не отжимался — все тело слабенькое, а тут руками отталкиваться нужно. Но вопреки моим опасениям на Фестивале всем очень понравилось! Мы не хотели уезжать из Нижнего Новгорода! И вот садимся мы в поезд, а Андрей Викторович объявляет, что в Сочи открывается команда по специальному хоккею. Мы первые в списке, потому что со своим диагнозом Лева идеально подходит именно сюда. Мы расплакались: «Как же так? Мы только сдружились с ребятами!»

Татьяна Малинник: «Каждое утро сын просыпается и говорит, что ему надо тренироваться»

РАЗВОРАЧИВАЕТ МАЙКУ, А ТАМ НОМЕР 17

Когда Андрей Викторович раздавал ребятам майки с номерами (он свернул свитеры так, чтобы цифры не было видно, и дети вытягивали наугад), Лева скромно стоял в уголке, и его долго не замечали. Уже когда осталась одна майка, Андрей Викторович говорит: «А ты чего там? Давай посмотрим, какой номер тебе достался». Разворачивает майку, а там легендарный номер 17, представляете! Мы потом с сыном сели читать, кто играл под семнадцатым, и были так поражены, что этот свитер достался именно нам.

Теперь мы нисколько не жалеем, что оказались в команде по специальному хоккею. У Левы стало получаться — на турнире сын даже был признан лучшим игроком матча, забросил свои первые шайбы. Он физически окреп, постоянно тренируется сам: выходит во двор (мы живем в своем доме) и работает с шайбой. Соседи сделали деревянные ворота, и теперь Лева каждое утро просыпается и говорит, что ему надо тренироваться: идет и начинает забивать шайбы. Разве стал бы сын делать это, если не по душе? Нет, конечно. Родственники подарили ему джерси сборной России по хоккею, и мечта у него появилась сыграть вместе со сборной. За год Лева серьезно окреп физически. Помимо хоккея увлечен футболом, флорболом и горными лыжами. Развилась выносливость, он стал более дисциплинированным. Мы с мужем любим сына любого, гордимся его успехами и стараемся его во всем поддерживать!

Похожие записи